Стереотип о том, что россияне любят страдать и трудности их только закаляют, чрезвычайно живуч и популярен. Мало кому нужно расшифровывать мемы с усталыми курящими людьми на фоне серых панелек или объяснять, что в кино называют «балабановщиной». Но правда ли у россиян особенные отношения со страданиями и закаляют ли человека испытания — «Лента.ру» спросила у президента ассоциации когнитивно-поведенческой терапии, психотерапевта Дмитрия Ковпака.

«Лента.ру»: Испытания и страдания нас закаляют — насколько эта установка правдива?

Дмитрий Ковпак: Первое, стоит сразу разобраться с определениями и функциями. Страдание не равно ситуации, страдание не равно вызову, с которым мы сталкиваемся, — оно является переживанием, связанным с оценкой столкновения с ситуацией. Как говорится, боль неизбежна, но страдание — это выбор человека. То есть мы сами, осознанно или нет, принимаем решение, делать нам из ситуации — с помощью ее оценок и предсказаний — страдание или преодолевать, двигаться дальше, пережив этот опыт.

Ситуации мы в большинстве случаев не выбираем, это некие данности. Но от нас зависит отношение к ним. Известное выражение Ницше — «все, что нас не убивает, делает нас сильнее» — это пример подхода, при котором мы можем развиваться при столкновении с трудностями. Но это не работает, когда речь идет о погружении в страдания — в этом случае мы только себя изматываем, истощаем и усугубляем свое состояние, делаем себя более уязвимыми перед следующими испытаниями.

То есть советовать «держаться» человеку, который переживает непростые времена, — плохая идея?

Первое, что тут может быть, это обесценивание чувств: люди призывают сразу забыть о случившемся или куда-то нестись, чего-то делать, не имея еще сил превращать лимоны в лимонад.

Это оголтелый позитивизм, который может причинять боль человеку, которому плохо, потому что он сталкивается с непониманием — ему говорят, что он должен сразу воспринять случившееся как урок и получить из него что-то хорошее.

И к чему это может привести?

Это может приводить к самообесцениванию — ощущению себя неполноценным, некомпетентным, неспособным. То есть это приводит не только к низкой самооценке, но и к такой искривленной «я-концепции», когда человек плохого мнения о себе, перестает верить в себя и поэтому опускает руки.

Это похоже на замкнутый круг: у меня что-то происходит, мне плохо, и я иду к близкому за поддержкой, мне говорят, что я нытик, и я еще больше ухожу в себя.

Да, опасность, что оголтелый позитивизм приведет к замкнутому кругу, очень высокая. Человеку, который находится в тяжелых переживаниях, сложно сразу извлечь урок из этой ситуации. Но и не требуется немедленно начать получать дивиденды от проблемы или находить волшебные решения — это идеализация.

Ощущение, что люди хотят стандартизировать переживания: погрусти пять минут и иди живи дальше.

Да, есть общественные «нормативы», социальные стереотипы, гласные и негласные стандарты. Они могут быть даже в микросоциуме, например, в семье — «у нас никто не печалится», «у нас так не принято», «ты не нашей породы, если так себя ведешь», и подобные выражения. И есть макросоциум — уровень трудового коллектива, этноса или страны, где тоже культивируется стереотип о людях с железной волей, которые даже на больничной койке преодолевают себя и совершают подвиг.

Для России это особенно свойственно?

Это есть не только в России. В каждой стране свои шаблоны и стереотипы. При этом у нас есть и стереотипы о том, что страдания — это нормально, и, напротив, стереотипы о том, что это стыдно.

С точки зрения морали и нравственности, страдающий человек в России — нормальный, он имеет совесть, эмоции, чувствительность к проблемам, миру. Но с другой стороны, страдания — это блажь или слабоволие, или вообще безволие — не надо быть тряпкой, распускать нюни и так далее.

Это скрытое обесценивание — ты должен страдать, но должен продолжать тянуть свою лямку или реализовывать запросы общества. Не думай, что из-за страданий будешь отлынивать от своих обязанностей. Так происходит нормализация не эмоций и чувств, а нормализация страдальческого поведения, молчаливого страдания. При этом запрет на чувства — негласный. Это нигде в правилах прямо не указано, но чувства считаются неправильными, стыдными, неприличными.

Поэтому человеку тяжело вдвойне — мало того, что у него есть проблема, он еще и не может ей поделиться. При этом не только с окружающими, но иногда и с собой — у него может выработаться запрет на осознание своих чувств.

Это опасно?

Это может привести к телесным реакциям: физическое и мышечное напряжение, скачки давления, язвенная болезнь, психосоматические проявления и десятки других.

Отказ от чувств означает не то, что они перестают сами по себе существовать, а то, что человек перестает быть в контакте с ними. Если человек будет проглатывать чувства вместо того, чтобы делиться ими, возникнет скорбное бесчувствие. Например, когда человек не плачет на кладбище — это не очень хороший знак. Блокировка этой реакции приводит к хронизации горевания, хронической депрессии и психосоматическим проблемам.

Блокировка чувств — это непрожитый опыт, потому что мы отказываемся от его эмоциональной части. Это лишь компенсация состояния, а не решение проблемы, с которой человек столкнулся, — он даже не оценил ее, не обдумал, не сделал ничего, чтобы ему стало хорошо.

Такая вещь, как «выкинь из головы и забудь», не работает. Можно только переосмыслить и переоценить ситуацию, и за счет этого двигаться дальше, но никак не за счет вытеснения и отрицания.

Как справляться с потрясениями с минимальными потерями?

В первую очередь человеку нужна поддержка, потому что потрясение — это потеря в прямом и переносном смысле опоры, понимания, что происходит с ним. Когда в детстве возникали потрясения, помните, в чем мы нуждались? В том, чтобы нас чему-то научили, или в том, чтобы нас обняли и сказали слова поддержки. Мы хотим, чтобы наши чувства разделяли, принимали нас и поддерживали.

Как правильно поддержать человека, чтобы не сделать хуже?

В первую очередь нужна валидация — признание, что чувства человека существуют, что он имеет на них право. Не надо пытаться их быстро прогнать или делать вид, что их нет.

Второе — после признания чувств нужно их нормализовать. То есть прояснить, что только в кино и вымышленных рассказах существуют железные люди без чувств, но на самом деле чувствовать нормально. Уже другой вопрос — адекватны ли эти чувства обстоятельствам или нет, но об этом нельзя судить в моменте, потому что в моменте человек нуждается в том, чтобы его не обесценивали и тем более не ругали.

Источник: ( https://lenta.ru/ )